S. DALI R.
Название: Пирожные
Автор: S. D&LI R.
Бета: fandom OPM & MP100 2016
Канон: Mob Psycho 100
Размер: мини, 2856 слов
Пейринг/Персонажи: YL!Ханазава Теруки/YL!Кагеяма Шигео
Категория: слэш
Жанр: повседневность, флафф
Рейтинг: R
Краткое содержание: Наверное, во всем виноват поцелуй.
Примечание/Предупреждения: ООС, кроссдрессинг

Теру опоздал. Он чувствовал, что с Шигео что-то происходит, но не мог представить, что все настолько ужасно. Теру уклонился от пролетевшего мимо отрезанного уха.
Когда он только закончил свою практику, то по привычке направился в институт, где учился Шигео. По пути, решив сделать Шигео сюрприз, Теру зашел в кондитерский магазин и купил набор из трех разных пирожных. Выбор был очевидным — их очень хотел попробовать Шигео, когда они впервые оказались оказались там. По правде, все произошло совершенно случайно — они гуляли по району, точнее, Теру увязался за Шигео, у которого была работа по изгнанию злого духа из вывески магазина женского белья. По пути их застал ливень. Капли воды им были не страшны — барьеры их вполне могли защитить от промокания. Однако, Шигео был из тех, кто не использовал свою силу эспера в быту. И Теру иногда подыгрывал ему.
Мокрые, они укрылись под козырьком магазинчика с яркой витриной. Пока Теру рассматривал прохожих и пытался предугадать окончание ливня, то заметил, как Шигео смотрел на сладости в витрине. Ни секунды не раздумывая он предложил зайти внутрь и подождать, когда погода улучшится, заодно перекусить. Сперва Шигео отнекивался, но в итоге сдался. Выбирал сладости он долго — они минут двадцать простояли, прежде чем определиться с меню, еще минут десять ушло на окончательное оформление заказа. Когда официантка подошла к их столу, Шигео смутился — на его тарелке красовалось четыре разных пирожных со стаканом молока, а у Теру только кружка черного кофе.
— Я у тебя каждого по куску съем, — успокоил Теру. — Мне пока не хочется сладкого, так что ешь.
Шигео кивнул, поблагодарил за еду, взял десертную вилку и осторожно погрузил ее в розовый воздушный крем с вишенкой посередине. За ним было интересно наблюдать, хоть и весьма опасно — организм реагировал на близость Шигео не только учащенным дыханием и сбитым сердцебиением, но и стояком в штанах. Ни с кем другим такого не было — Теру проверял — минус на “радаре”, а вот стоило оказаться рядом Шигео, так вся “система” приводилась в боевую готовность по стойке смирно. В общественных местах в такие моменты приходилось думать о чем-нибудь неприятном и нелюбимом. Помогало ровно до той секунды, пока в поле зрения не попадала черная макушка самого сильного эспера города Специй.
Теру хотел Шигео.
Проблема заключалась в самом Шигео, который был безответно влюблен с детства в Цубоми, довольно милую девушку. Теру знал об этой любви и застенчивости Шигео и поэтому взял на себя смелость обучить Шигео тонкостям общения и ухаживания за девушками. Для начала хотя бы одной, а там уж как получится. Ради такого Теру переодевался в платья — невинная забава, чтобы побороть смущение и страх Шигео перед общением. Он считал, что раз Шигео был в курсе переодевания, то наверняка станет чуточку смелее хотя бы с этим косплеем — платья, чулки, туфли на высоком каблуке, длинные парики, косметика… Шигео лишь краснел, опускал взгляд под ноги и молчал. Разговорить его было невозможно. Тогда Теру пошел на крайние меры — позвал Шигео на свидание понарошку. Ни для кого другого Теру никогда бы в жизни не вышел на улицы города переодетым в девчонку, поэтому попросил Шигео ценить момент.
И все равно Шигео так ничего и не смог сделать толкового — молчал и изредка бросал косые взгляды, вздыхал, краснел и молчал. Они гуляли даже на расстоянии шага друг от друга, что уж говорить о прогулке под ручку! В конце дня на станции Теру поблагодарил Шигео за прогулку и в шутку поцеловал его в губы. Потому что хотелось оставить в его памяти хорошие воспоминания и хоть как-то заставить отреагировать на весь маскарад, а вовсе не потому, что хотелось его в течение дня поцеловать. И заодно показать одногруппникам Шигео, стоявшим в сторонке, продемонстрировать, что у него тоже есть поклонницы. Поцеловать-то поцеловал, но эффект дал неожиданный результат — Шигео стал пунцовым и смотрел на Теру огромными глазами, в которых плясали искорки чего-то необъяснимого. Теру надеялся, что это признак чего-нибудь хорошего, а вовсе не скорейшей расправы со смертельным исходом. Но именно в тот момент Теру понял, что попал.
В тот вечер Теру вернулся домой и не переодеваясь долго дрочил, вспоминая близость Шигео, его запах на одежде и длинных прядях парика, сорванное дыхание на своей коже и его слишком внимательные, а не равнодушные, потемневшие глаза. Теру кусал губы, выгибался, лаская себя через тонкий шелк женских кружевных трусиков, представляя, что это Шигео гладит и ласкает его, трогает и пощипывает за соски.
Признаваться для Теру было табу. Шигео слишком хороший, наивный и в чем-то невинный, чтобы к нему запросто прийти и вывалить всю правду о своих чувствах. Это было бы предательством. Поэтому Теру оставался рядом и не позволял себе большего, чем “случайные” прикосновения.
Так и общались. Ничего не менялось. Разве что однажды Теру заметил одну важную вещь — каким-то образом он мог “отключить” Шигео, когда его сила управляла бессознательным телом. Это случилось дважды, и Теру не был уверен в своих догадках окончательно. Все, что касалось Шигео, слишком шатко и легкоразрушимо.
И вот теперь Теру стоял на краю огромной воронки диаметром не меньше сотни метров, а в центре среди обломков асфальта, пожелтевших листьев, смятых машин, мусора и воздушных шариков завис Шигео. По краям воронки валялись тела парней — хулиганы из каких-то уличных банд. Теру узнал одного из них с ирокезом кислотного розового цвета и татуировкой числа Пи на левой щеке — они как-то приставали к Теру с предложением вступить в их банду. Теру максимально вежливо отказал. Тогда их главарь пригрозил и пообещал отомстить. Неужели они прознали о любви Теру к Шигео и через него решили действовать?
Теру начал злиться, но отвлекся на коробку в руках — от разлитой в воздухе силы Шигео она раскрылась. Сладости, с таким трудом выбираемые для Шигео, один за другим цепочкой полетели к эпицентру.
— Ну уж нет, — проворчал Теру, ловя их телекинезом и засовывая обратно в коробку. И для надежности обмотал ее скотчем, найденным в кармане, со всех сторон несколько десятков раз, чтобы уж наверняка не вывались и не устроили незапланированный побег. Поставив драгоценную ношу на пролетавшую мимо зеленую лавочку, Теру глубоко вздохнул и направился к Шигео. Или тому, чем он сейчас был. Или не был.
Каждый чертов раз было страшно от того, что с Шигео могло произойти, когда тот терял контроль и сила вырывалась на свободу. Дикая, неуправляемая, сшибавшая все на своем пути, с годами она только крепла внутри Шигео. Последствия невозможно было предугадать, но Шигео каждый раз становилось очень грустно от того, что не сумел сдержаться.
Теру пытался выяснить, почему так происходит, но Шигео не любил говорить на эту тему и каждый раз отвечал одно и то же: “Так было с самого детства. Я пытаюсь это контролировать, но не всегда получается”. Рицу, его младший брат, тоже не проливал свет на загадочное явление: “Брат опасен в таком состоянии. Для себя в первую очередь”. От его учителя — Рейгена Аратаки — ничего не получилось добиться, он рассказал все то же самое, что и сами братья. Но после встречи, уже в часов двенадцать, Рейген позвонил и сказал: “Он боится себя и того, что может сделать окружающим. Он не хочет причинять вред. Поэтому я обучаю его контролировать свою силу, пока он в это верит — все хорошо. Для него это состояние и последствия — самое страшное, что может произойти после причинения вреда близким”. Теру мог лишь мечтать, чтобы когда-нибудь стать близким человеком для Шигео. Он впервые подумал, насколько же Шигео был одинок из-за своих способностей. Самое страшное для него происходило, когда Шигео злили и угрожали его близким — именно по этой причине Шигео был нелюдимым, необщительным и казался ко всему равнодушным. Но они ошибались. Шигео переживал очень многое, просто не умел правильно выражать свои чувства. Теру все это понял во время их общения, ну или надоедание, по словам Рицу.
Поднявшись на максимально близкое расстояние, Теру тихо-тихо позвал Шигео — или то, что временно заменило его сознание. Шигео медленно повернул голову, вперил глаза в Теру, но пока не делал ничего опасного.
— Шигео, — Теру протянул к нему руку, — хватит.
Тот не отреагировал, только сила выстрелила в пространство. За спиной Шигео пролетела та самая зеленая лавочка с коробкой пирожных.
— Все закончилось, — прошептал Теру. Использовать собственную силу вблизи такого Шигео было слишком рискованно. Она действовала как красная тряпка на быка и один из законов механики вступал в силы: на каждое действие, которое бы не придумал Теру, Шигео отвечал противодействием, возвращая в многократном усилении каждый удар. Со школы изменилась лишь одно — Шигео стал намного сильнее. Теперь он мог ненароком убить человека, превысив уровень допустимой самообороны. Поэтому Теру всегда старался быть рядом с Шигео, и не только из-за своих чувств, но и открывшейся в себе способности приводить того в чувство.
— Я по дороге к тебе купил твои любимые пирожные, помнишь? — Теру говорил тихо и медленно, давая расслышать каждое слово. — Пойдем домой — там спокойнее и не летают камни, пока ты этого не захочешь, конечно.
Шигео молчал. Воронка со всем содержимым завертелась быстрее, поднимаясь высоко в небо и скрываясь в облаках. Не двигались только Шигео и Теру, который проводил печальным вздохом лавочку с коробкой сладостей.
— Ну же, Шигео, — попробовал дозваться Теру в последний раз. — Все давно закончилось. Посмотри сам.
Шигео посмотрел вниз. Его взгляд застыл, из глаз потекли слезы, поднимаясь кристаллами вверх. Теру проследил за его взглядом и едва удержался, чтобы не выругаться вслух. Один из покалеченных парней лежал в луже крови — та растекалась вокруг головы и впитывалась в землю. Немногочисленные капли поднимались вверх, часть из них падала обратно. У другого парня в черной куртке с белым иероглифом “смерть” на спине, был перелом бедра — кость выглядывала острым концом, вспарывая мясо, словно пробилось к долгожданной свободе. Он лежал ближе к воронке, поэтому вся разбрызганная кровь собиралась и утекала вверх тонкими кривыми ручейками. Третий был прибит куском трубы к красной стене невдалеке. Железо торчало из его живота, а парень пытался ослабевшими руками вытащить ее из себя. Из его носа текла кровь, посиневшие губы открывались и закрывались, но ни единого звука так и не донеслось до Теру.
— Шигео, — позвал Теру, обращая на себя внимание.
Он подлетел ближе, ожидая мощного удара, но ничего не последовало. Пока что было спокойно, но расслабляться не стоило.
— Шигео, все хорошо. Все будет хорошо, обещаю.
Шигео отрицательно замотал из головой из стороны в сторону, не отрывая взгляд от покалеченных тел.
— Мы пойдем домой и…
Пришлось протянуть к нему силу, окутать ею нежно, приласкать, постараться утихомирить рвавшийся наружу гнев. В прошлый раз это сработало.
— Я сделаю все, что ты хочешь, только идем домой, пожалуйста.
Сила проникала в Шигео, смешивалась с его, ласкала лицо, ерошила волосы, гладила скулы, проникала под одежду и спускалась вниз по позвоночнику между острых лопаток. Теру физически ощущал как Шигео вздрагивал, словно все это делали не чем-то эфемерным, а руками.
Постепенно Шигео расслаблялся и поддавался уговорам. Вокруг спадало невыносимое давление силой, из-за которого с каждой минутой было все тяжелее дышать. Поднятый в воздух всякий хлам падал стотонными гирями, вгрызаясь в землю и поднимая комья.
Теру окружил их двоих барьером на всякий случай. Он подплыл ближе к Шигео и подхватил его на руки. Слезы на его лице высохли, но след от случившегося остался глубоко в душе неровной зарубкой. Как бы хотелось, чтобы проснувшись через несколько часов Шигео ничего бы не вспомнил.
— Отдыхай, — проговорил Теру и, чмокнув Шигео в макушку, крепко прижал его к себе. — И прости, что я опоздал.

***
— Ты не опоздал, — сказал Шигео, протерев глаза. — Это я сорвался из-за пустяка.
— Ты?
— Да. — Шигео смутился. — Они плохо о тебе отзывались, и я попросил их извиниться. Они не захотели и…
Теру замер, не зная как реагировать — Шигео за него заступился! Можно было праздновать победу. Жаль, что признаться все равно оставалось за гранью фантастики, — у него есть любимая, а Теру ничего не светит.
— Если бы я знал, что они полезут к тебе, я бы их давно отправил по больницам! — Теру не был настолько равнодушным к произошедшему. — Они посмели угрожать дорогому для меня человеку! Уроды! Если бы они уже не лежали в реанимации, я бы их прямо там избил бы повторно в кровавые сопли при помощи одних только кулаков!
Шигео слишком остро реагировал на применение сверхъестественной силы против людей, поэтому Теру специально ходил в клубы борьбы на такие вот случаи.
И Шигео верил, что Теру не попусту сотрясает воздух, а вполне реально угрожает.
— Я тебе правда дорог? — тихо прошептал Шигео, опустив голову. Красный, он комкал одеяло, чтобы хоть чем-то занять руки. Ложка, лежавшая на блюдце с единственным уцелевшим пирожным, свернулась в шарик, после распрямилась, превратилась в какую-то непонятную фигуру, потом сложилась пружиной.
— Шигео, — позвал Теру, с трудом отлипая от необычных метаморфоз ложки. Сейчас было самым верным решением сделать шаг в пропасть.
Тот замер. Ложка вместе с ним застыла рядом в форме зигзага.
— Я люблю тебя, — выговорил он четко, чтобы Шигео понял именно то, что до него пытались донести. — Люблю так, как никто другой. Поэтому ты мне очень дорог, и я готов порвать глотку любому, кто тебя обидит.
Ладони Шигео, вцепившиеся в одеяло, побелели. Он замолк и, казалось, перестал дышать вовсе.
— Отдыхай, — Теру поднялся. — Я позвоню Рицу и сообщу, где ты, чтобы он тебя забрал.
Он уже был у двери, когда зацепился краем майки. Теру обернулся, чтобы убрать крючок, но его держал Шигео. Их взгляды встретились.
— Прости, — он поспешно отпустил Теру, пойманный с поличным.
— А говорил, что не используешь ее против людей, — не смог удержаться от подколки Теру. С ним нужно было быть очень осторожным, ведь каждая могла оставить неприятный след в памяти Шигео.
— Прости, — тихо повторил он и зачем-то спрятал ладони под одеяло, словно это могло решить проблему не-использования силы. — Я…
— Принести воды?
— Нет. — Шигео для убедительности покачал головой. — Твое признание… оно настоящее?
— Самое, что ни на есть. Тебе, Шигео, я никогда не вру, — раскрыл все свои карты Теру. Его признание было чистой правдой. Рядом с Шигео даже мысли о подобном не возникало. — Все в порядке. Я знаю и помню о твоих чувствах к Цубоми, поэтому не утруждай себя ответом.
Теру открыл дверь, но ручка выскользнула из ладоней и та вновь захлопнулась.
— Но я хочу!
Теру не хотел верить в услышанное. Ему казалось, что это один из тех эротических снов, когда за взаимным признанием следовал жаркий животный секс.
— Я хочу сказать вслух свой ответ на первое в своей жизни настоящее признание.
Теру прислонился лбом к двери и сжал ладони в кулаки. Он до боли прикусил губу, только бы прошла эта тупая боль он возможной надежды исчезла, смытая кровью. Никакого “жили они счастливо с Шигео” не могло быть. Теру слишком хорошо знал его.
— Ты очень хороший человек, Ханазава, — продолжил Шигео. И Теру понял все без продолжения — такое начало всегда означало конец отношениям.
— Можешь не продолжать, я все понял.
Он попросту не выдержит, если Шигео пошлет его далеко своим признанием.
— И д-давно? — сбился Шигео. Он не ожидал, что Теру догадается. Для Шигео любое проявление чувств было стрессом. А уж отвечать отказом на первое признание в жизни… Господи, ну почему именно Теру выпала эта сомнительная честь?
— Наверное, знал всегда, — Теру пожал плечами. Привкус железа заполнил рот. Хотелось его смыть вместе со вкусом окончания дружбы и так и не начавшихся отношений — двойное комбо прямо.
Наверное, давно следовало признаться, чтобы не мучить себя еще больше. Любовь делает из людей глупцов и эгоистов — Теру очень хотелось побыть с Шигео как можно дольше. Но сейчас стало только хуже от всех воспоминаний, что у них были.
— А я вот… — Шигео замолк, но вновь собрался с мыслями и продолжил с волнением: — А я понял, наверное, только после поцелуя.
После поцелуя он понял, ха!
После какого еще поцелуя? И что понял?
Теру обернулся. Шигео — красный как рак — смотрел перед собой в кровать и едва заметно улыбался.
— Ты был очень красивый тогда, — поделился он, вновь извлекая из-под одеяла руки и сцепляя пальцы в замок. — И я потом целую ночь, да и последующие, не мог заснуть — думал о тебе.
— Как думал? — Теру подался вперед. Почему-то ответ было очень важно услышать.
— И в платье, и в… — Шигео закрыл лицо ладонями, окончательно засмущавшись и замолчав.
Теру подошел к кровати, забрался на нее и, взяв Шигео за ладони, отодвинул их от лица.
— Как еще ты обо мне думал? — он наклонился и приблизил свое лицо к Шигео. Их дыхание смешалось. Сердце Теру предательски зачастило. Шигео, после долгих колебаний, поднял глаза и посмотрел на Теру. На грани слышимости прошептал:
— И как я расстегиваю молнию, и как постепенно снимаю платье, и чулки, и парик, и… — Шигео сбился, краснея еще больше, но мужественно продолжил: — и целую.
Договорив, Шигео опустил голову, разрывая зрительный контакт.
— Где целуешь? — прошептал Теру, ерзая в нетерпении — в штанах от представленных Шигео картин стало тесно. Теру почти физически ощутил теплые пальцы, расстегивающие несуществующую потайную молнию платья.
— В г-губы, в шею, в… — Шигео замолк, сглатывая ком в горле, облизнул сухие губы кончиком языка, который захотелось прикусить, и покачал головой: — Я не могу. Это слишком… очень личное…
— Но это касается меня, связано со мной, — Теру выпустил его руки и взял в ладони лицо, приподнял, заставляя посмотреть на себя. — Так куда ты еще хотел меня поцеловать?
— В с-спину, — ответил Шигео шепотом, — между лопаток и выше, в шею… — На его глаза навернулись слезы.
— Ты… — От представленного закружилась голова. Если бы Теру знал, что его переодевания сработали подобным образом, он бы чаще звал Шигео на свидания с собой в роли девчонки. — Ты все это можешь сделать со мной в любой момент.
— И ты не будешь против, что я такой?
Что имел ввиду Шигео под лаконичным описанием “такой” Теру понял по-своему:
— Мы оба такие, поэтому все хорошо, — Теру невесомо поцеловал Шигео, обещая, что через секунду поцелует его по-настоящему. Пока не хотелось давить на Шигео и напирать — его легко было испугать таким обилием чувств, которые Теру хотел показать. — Целуй, куда захочешь, и делай все, что тебе нравится.
— Ты уверен?
В тот момент Теру еще не подозревал, какие мысли вертелись в голове у Шигео с этим коротким, казалось бы ничего не значащим вопросом.

@темы: Mob Psycho 100, R, Фанфикшен